Пн. Сен 21st, 2020

«Интер» нет: политический пожар

Васильков. jpgПоджог телестудии «НИС» (ассоциирующейся с телеканалом «Интер»), судя по внушительным заявлениям журналистов,  лишь кажется кульминацией или отправной точкой ожесточенного противостояния «бойцы — журналисты». Действительно, если виновные — бойцы ВСУ, как об этом заявил министр внутренних дел, конфликт можно считать усовно локальным. Но слишком много нюансов, которые свидетельствуют в пользу политической подоплеки происшествия.

Итак, телеканал «Интер», который в последние года полтора как минимум дважды фигурировал в скандалах, вызывает раздражение у определенной части аудитории. Сегмент аудитории, вместо переключить кнопку, идет рассказывать журналистам правду-матку, которую они извратили. Полиция спокойно делает свое дело, — задерживает подозреваемых, а соцсети взрываются спорами, что делать с «Интером», который, надо отдать должное, раздражает немалую толику украинских телезрителей. Тем не менее, правоохранительные органы действуют строго в рамках закона, подозреваемые вроде бы имеются, дело за следствием и судом.  Однако журналисты «Интера» усматривают в действиях полиции чуть ли не пособничество поджигателям и обвиняют власть в бездействии и пособничестве ущемлению свободы слова.

Конфликт неоднозначный, причем он разразился в первый день саммита «Большой двадцатки». Возможно, Владимиру Путину захотелось выстроить цепочку из недопуска на территорию Украины журналиста «Интера» и поджога телестудии, чтобы устрашить оппонентов «Бандерстаном».  Убеждена, что это случайная синхронизация дат. Тем не менее, лишнее пятно на имидж Украины именно сейчас крайне нежелательно. Европейские и прочие внешние партнеры вряд ли будут вникать в тонкости восприятия продукции телеканала «Интер» украинской телеаудиторией, но картинка поджога для них тревожна. Особенное беспокойство должны вызвать именно военные, которые фигурируют в деле.

Само дело может стать скандальным, так как, поджигатели наверняка поделятся своим восприятием позиционирования телеканала «Интер», что, в свою очередь, вызовет резонанс в социуме, возможно, в Верховной Раде и, наконец, приведет к обсуждению идей вроде «ограничить свободу слова». В воюющей стране такие меры были бы уместны, но де юре Украина не воюющее государство, следовательно, никакой цензуры быть не может. И если «Интер» освещает события в соотвествии с требованиями законодательства, никто и ничто не вправе мешать телеканалу вещать. Условно говоря, можно обвинить телеканал, но критерии проступков размыты, обвинительный акт вызовет бурю эмоций и, уж конечно, станет лакомым поводом  для господ политиков попиариться.

На самом деле, проблема куда глубже. Во-первых, что бы ни было, сейчас «Интер» попытаются использовать в политической игре на все 100%, и журналисты станут главными действующими лицами. Очень опасный для украинской журналистики момент, поскольку, хотя журналистов нередко выдвигают на первые роли, по сути, в таких конфликтах они, к сожалению, обслуживают интересы третьих сил. Это значит, что давление на СМИ станет все более удобным поводом для пиара, что, в свою очередь, приведет к росту политической заангажированности украинских СМИ. Им противостоят финансово намного более мощные и — что важно — сплоченные российские СМИ, не всегда афиширующие свое российское «происхождение». Бороться с таким противником в состоянии внутреннего раздрая можно, победить — нереально. Именно поэтому информационная война нами проиграна, если не считать локальных побед. До сих пор украинские политики использовали СМИ преимущественно по прямому назначению. Если перспектива досрочных выборов (или срочных, которые приближаются) станет неодолимым соблазном пиариться на бедствиях СМИ, журналисты попадают не просто в зону риска, а в самый ее эпицентр, и убийство Шеремета  — кровавый анонс дальнейших «ликвидаций». Это тем более угрожающе, что профсоюзы журналистов вряд ли смогут тотально противостоять собственникам. Если же попытаются, рискуют попасть в самую «мясорубку».

Во-вторых, обостряется вопрос о границах толерантности. Закрыть СМИ за точку зрения, отличную от официальной, формально есть нарушение принципов свободы слова. Особенно на фоне скандалов с «Шарли Эбдо». В ответ на возмущение телезрителя и читателя законодательство и принципы международного права советуют уважать свободу слова и не отказывать в праве другим людям иметь свое мнение, отличное от мнения возмущенного зрителя-читателя. На словах красиво. Но СМИ, как мы знаем, не только информируют, они еще и оказывают влияние на общественное мнение. Степень влияния как в целом, так и в конкретном случае, измерить практически невозможно. Следовательно, теоретически можно осуждать СМИ за «вредное влияние», но на практике, если, конечно, СМИ не способствует разжиганию розни, не пропагандирует дискриминации и т.п., доказать факт вредоносного влияния нереально. Значит, с точки зрения закона, «Интер» в данной ситуации — потерпевший. Возникает вопрос, готово ли украинское общество именно к таким принципам свободы слова? Скорее всего, не совсем, ведь свобода слова все-таки для мирного времени, а мы де факто воюем.

Сейчас из пожара на «Интере» вовсю раздувают пожар политический. Вряд ли эта тема будет обойдена на первом в сезоне Согласительном совете Верховной Рады. Это значит, что парламент начнет работу со скандала. И также обострится проблема толерантности. Возможно, депутаты подадут нам пример истинной толерантности, которая учитывает интересы Украины. Но есть вариант, что этого не случится. Пожар на «Интере» станет очередным инцидентом в цепи подобных. О толарантности забудут. А зря. Иногда причины кроются в слишком абстрактных материях, но это не причина отмахиваться от них.

Майя Воскресенская, ЗамПолит

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *