Вс. Фев 17th, 2019

Миллионы против зарплат: к чему привело электронное декларирование

big_boss

big_boss

Банальная фискальная для США и ЕС процедура е-декларирования в Украине, возможно, станет наиболее значимым событием после одного путча и двух революций. Об этом свидетельствует реакция декларантов на реакцию социума.

Если взять в скобки эмоции (возмущение, граничащее с восхищением зависть, злость, горечь и т.п.), в сухом остатке – собирательный финансовый портрет власти. Общество столкнулось с реальностью в виде, мягко говоря, несоответствия образов политиков и чиновников реальным политикам и чиновникам.

Когнитивный диссонанс имел продолжение в понедельник, когда наиболее видные декларанты публично реагировали на критику, и не только от журналистов.

Так, лидер фракции БПП Игорь Грынив остро среагировал на слухи о том, что в его домашней библиотеке «Острожская Библия» и «Апостол», которые ранее были украдены из Научной библиотеки имени Вернадского. Он принес книги в Верховную Раду на Согласительный совет, продемонстрировал журналистам книги, рассказал, откуда взял («старый еврей продал»). И в сердцах бросил: «Я не думал, что так будет, такие разговоры. Я не хочу заниматься такой политикой!» Лидер фракции РПЛ Олег Ляшко неожиданно перешел в контрнаступление, призвав коллег ввести обязательное деклалирование для всех в стране: и чиновников, и рядовых граждан. Глава НБУ Валерия Гонтарева, никак не прокомментировав интересные позиции в своей декларации, обрушилась на Сергея Таруту.

Наконец, еще в выходные Генеральный прокурор Юрий Луценко заявил, что не следует культивировать бедность, дескать, люди пришли из бизнеса, люди работали – и заработали.

Если попытаться классифицировать реакцию декларантов на критику, легко выделить: иронию, равнодушие, обиду-ярость. Наиболее интересна обида-ярость. С одной стороны, такие эмоции прикрывают страх, большей частью иррациональный. С другой, власть имущие обитали в среде надуманной сакральности. Любопытство, по мнению декларантов, неуместное и оскорбительное для статуса («не приставай к царю!»), бьет по сакральности властной пирамиды в целом. Именно поэтому звучат инициативы обязать журналистов и активистов-антикоррупционеров также заполнять декларации в обязательном порядке.

И если у социума, повторюсь, когнитивный диссонанс, то у декларантов – крах закапсулированного мирка. Внутри мирка – своя система ценностей. То, что такая система ценностей, скромно выражаясь, не совпадает и никак не соотносится с системой ценностей украинского социума, стало для многих из декларантов глубочайшим потрясением. Реакция Игоря Грынива в этом смысле пока что наиболее показательна.

Попытка смягчить удар тезисами о повышении минимальных зарплат и отказе депутатов от своих повышенных зарплат на фоне такого взаимного потрясения для народа и для власти явно недостаточна.

Так что, на Банковой наверняка крепко задумались: что делать? Близится годовщина Революции достоинства, следует предъявить достижения. Повторюсь, судя по заготовленным «амортизаторам», никто такой острой реакции не ожидал. Возможно, потому, что ни президент, ни его команда не догадывались о реальных накоплениях чиновников. Как бы там ни было, шок такой силы требуется сгладить к концу ноября. Остается безвизовый режим, с которым возникают проволочки. И приходится замглавы АП Константину Елисееву срочно успокаивать общество, дескать, повестка дня Европараламента – динамичный документ, вопрос о безвизе для Украины в него еще могут внести.

А что же социум? Страсти, конечно, кипят. Вопреки ожиданиям и опасениям, массовых проявлений зависти и озлобленности пока что не наблюдается. С одной стороны, это хорошо, люди не пошли громит «хатынкы». С другой, это плохо, поскольку первый шок пройдет, информация о декларациях, которая обрушивается на людей бурным мощным потоком, будет более порционной. Люди начнут осмысливать вести о богатстве чиновников. И – делать выводы. Как раз этот момент наиболее интересен.

К каким же выводам придут рядовые украинские граждане? Здесь есть элемент непредсказуемости, поскольку, в основном, пока что идет эмоциональная реакция.

Однако некоторые предварительные выводы можно сделать. Условно говоря, в стране четко структурированы две партии: те, кто живет на одну зарплату, — и все остальные. Такие партии были и есть, но, скажем так, они не слишком-то и осознавали ширину и глубину разрыва. Я бы даже сказала, что е-декларирование стало не столько «замочной скважиной», сколько «зеркалом», где каждый не-декларант увидел себя истинного (финансы, возможности, перспективы). Главным критерием отнесения к первой или ко второй «партии» является свобода действий, которая, в свою очереь, определяется объемом капитала. Свобода дествий – абстрактная категория, и все же, она очень ощутима. Теоретически, у всех в нашей стране есть свобода действий. На практике, например, народные депутаты ппрогуливают заседания, чиновники берут взятки, — и им за это «ничего нет», тогда как рядового работягу уволят, да еще и по статье КзОТа.

Если рядовые граждане начинают осознавать, кем на самом деле являются лидеры мнений, те, за кого они голосовали, то и декларанты также начинают потихоньку прозревать, каким они управляют народом. Стратегично то, что вся эта чиновничья масса ощутила дискомфорт. Это замечательно.

Плохо то, что, пока у народа экспрессия, переходящая в депрессию, предпринимаются попытки внести коррективы в закон об е-декларировании, закрыть какие-то позиции и т.п. Здесь у социума шанс заявить о себе как о реальной силе (а то позабыли с революции, что народ – источник власти) и отстоять е-декларирование.

Важный аспект, который упоминается вскользь: на е-декларировании именно в таком виде настояла Европа. Евросоюз, а не мы, в конечном итоге, захотел увидеть истинное лицо украинской власти. Если власть, чиновничество начнут юлить и править закон, уходить от ответственности и\или переиначивать эффект от декларирования («легализация награбленного»), вряд ли это улучшит европейские перспективы. Опять же, здесь бы сказать свое слово социуму. И так громко, чтобы и в ЕС услышали.

Первый эффект от е-декларирования, который, на мой взгляд, должен вызывать обеспокоенность. Это попытки некоторых политических сил сыграть на выявленном контрасте и зачислить всех чиновников во взяточники-миллионеры-«корейки». Помимо того, что это далеко не так, подобные тезисы усиливают не конструктивные настроения, а деструктивные: злость, ярость и т.п. Прямым следствием такой тактики станет серия массовы акций против чиновников, отчего «слуги государевы» сплотятся в единый монолит, самозамкнутся и, огородившись силовыми структурами, полностью перестанут воспринимать социум как субъект жизни страны. Отчего, к слову, хуже станет как раз народу, поскольку тогда уже и до мелких чиновников будет без мзды не докричаться.

Интригой последнего дня декларирования стал отчет об имуществе и доходах президента Украины. Петр Порошенко выдержал паузу и выложил декларацию за два часа до завершения срока. Имущества и денег много, и это уже не вызвало ни шока, ни возмущения.  Но то, что глава государства одновременно возглавил и пирамиду миллионеров в стране, стало очевидным и доказанным фактом.

Главный итог таков: мы все убедились, что для того, чтобы узнать правду, теперь не обязательно созывать Майдан и умирать под пулями. По большому счету, Майдан как стремление знать правду продолжается, к сожалению, спорадически. Сейчас этот Майдан получил мощный импульс.

Лилия Брудницкая, эксперт Центра структурной политологии «Выбор»

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *