Ср. Апр 24th, 2019

Мира мало: РПЦ порвала с Константинополем

detail20181015-PAL_6854-обр

В понедельник, 15 октября Синод РПЦ принял решение порвать со Вселенским Патриархатом. Формальная причина – ожидаемый томос Украинской Православной церкви. В событии для нас две новости: хорошая и плохая. И третья – вероятная – очень мрачная.

 Сначала было слово

Как мы и предполагали ранее, Синод РПЦ в Минске признал «невозможным дальнейшее пребывание в евхаристическом общении с Константинопольским Патриархатом».

Как сказано в сообщении по итогам Синода, «Отныне и впредь до отказа Константинопольского Патриархата от принятых им антиканонических решений для всех священнослужителей Русской Православной Церкви невозможно сослужение с клириками Константинопольской Церкви, а для мирян — участие в таинствах, совершаемых в ее храмах».

Для сторонников Украинской единой поместной православной церкви отличнейшая новость, — томосу однозначно быть. И в кратчайшие сроки.

Далеко идущие последствия, однако, могут ввергнуть в уныние и их.

У верблюда два горба потому, что жизнь – борьба

Полный текст заявления по итогам Синода РПЦ исполнен неподдельных эмоций. Опустим возмущение по поводу снятия анафемы. На наш взгляд, главная причина разрыва с Варфоломеем сформулирована так: « Попытка Константинопольской Патриархии решать судьбу Украинской Православной Церкви без ее согласия является антиканоническим посягательством на чужие церковные уделы» (выделено мною, — Авт.)… Переход архиереев или клириков из канонической Церкви к раскольникам или вступление с последними в евхаристическое общение является каноническим преступлением и влечет за собой соответствующие прещения».

Логично предположить, что РПЦ пришла в ярость от ставропигии Вселенского Патриарха, которой Варфоломей отхватил солидную территорию и внушительное количество верующих, существенно потеснив Московский патриархат.  И все же, реакция несоразмерна деянию. Симптоматично, что РПЦ, в отличие от обсуждения томоса, отказалась от тактики вербовки сторонников (но Кирилл прозондировал белорусскую почву).

Это настораживает.  Осторожный Кирилл не стал бы просто так резко рвать с Варфоломеем. И, как мы полагали ранее, дело здесь не в украинских выборах, а в геополитике.

Имея в Турции несколько тысяч православных, Вселенский Патриарх был зависим от коллективного мнения. Сейчас он сделал заявку на демократический централизм. Для РПЦ, привыкшей считать Фанар своим филиалом, это означает конкуренцию. В том числе, в хлебных зарубежных приходах. Кириллу ничего не остается, как порвать с Варфоломеем. Успех Вселенского Патриарха в том, что он вынудил РПЦ на резкие заявления.

В этом же и его ошибка. Решив драться, так называемые «московские попы» предпримут все возможные методики. Вряд ли сработает дипломатия или, скажем, христианское общение. Борьба ожидается жесткой.

С одной стороны, Варфоломей выиграл. С другой, развязал руки РПЦ. В частности, в Украине.

Крестокровие

Вселенский Патриарх вместо Айя-Софии получает Киев – мать городов Русских и исторический центр русского православия. Важнейший стратегический плацдарм. Теперь представим, что Варфоломей имеет честолюбие сделаться «православным Папой»: ввести единоначалие и вертикальное управление. Для такого переворота требуется идея. Например, провозгласить крестовый поход в защиту православных. Этот концепт «православного мира» в Восточноевропейском регионе, в перспективе, сулит немалые финансовые выгоды от раскола в той же России. Так что Варфоломей провозгласил ставропигию с прицелом на Киев с его Лаврой. Гипотетически, он может взять под прямое управление и другие украинские православные святыни.

А что же Кирилл – полное и сокрушительное поражение? Отнюдь нет. Он имеет даже больше выгод, чем Варфоломей. Точнее, не он, а Кремль. Потому что, «отстоять Киев от раскольников» — это единственная причина развить наступление на украинскую столицу и не попасть под санкции. Развязав тем самым реальную религиозно-гражданскую войну, формально, руками самих украинских православных.  Кстати, Кирилл в Минске встретился с президентом Беларуси Александром Лукашенко и услышал интересную фразу: «Мы очень болезненно относимся к тому, что происходит сегодня в Православии… Мы как прихожане будем стараться поддерживать единение всех, чтобы сохранить мир на земле, уж слишком близко мы подошли к опасной черте. Ваш приезд сегодня в Минск, в Беларусь, весьма актуален. Наверное, так Господом предначертано — в какие-то серьезные моменты мы оказываемся в Минске, и политики, и духовенство. Я это очень ценю, и это нас ко многому обязывает. И мы, Владыка, с этим справимся».

Кирилл не ответил на этот в высшей степени дипломатичный текст.  Зато рассыпался в похвалах лично Лукашенко. Почему?

С разрывом с Варфоломеем второе – и мощное! — дыхание получает концепт «Русского мира». Это может быть «Правильный православный мир», «Славянское единство» и т. п, — не суть важно, главное, что территория применения может быть значительно расширена. Новый концепт дает отличный повод мощно вмешаться во внутриукраинские дела. И играть свою игру, не оглядываясь на Фанар. Беларусь обретает исключительно стратегическое значение в религиозно-геополитической игре.

Ичня: неожиданная трактовка

С этой точки зрения, получают логическое объяснение и встреча Петра Порошенко с Онуфрием, и взрывы в Ичне, и насторожившие многих слова президента о недопущении насилия, и синхронно прозвучавшее заявление ( о том же) министра внутренних дел Арсена Авакова.

Готовя наступление, противник старается ослабить противостоящую армию. Ичня стала поводом для увольнения Степана Полторака с воинской службы с целью сохранить его на посту министра обороны. Но этот важнейший для действующего президента Украины бастион держится с трудом. Еще несколько пылающих складов – и никакой гарант не сможет сохранить пост Полтораку. Да и сам Полторак не захочет оставаться.

Положение Порошенко незавидно. С одной стороны, его партнеры по коалиции – «Народный фронт» — настаивают на принятии нормативных актов, провоцирующих условно лояльных или равнодушных на радикализацию. С другой, целевой электорат с правыми взглядами не поголовно православный, да и ожидаемый закон о государственном языке в Украине, где давно все делопроизводство и официальное общение на украинском, выглядит странно. Из потенциально целевых от Порошенко отвернутся умеренные. А их в «электоральном болоте» большинство. Единственный ситуативный плюс: внешняя реальная угроза сплотит вокруг Порошенко недавних противников. Но лишь до того момента, как они почувствуют себя в безопасности.

Плюс религиозная война, которую все равно развяжут: как ни кричи, что это «руки Кремля», формально  инициаторами окажутся украинские (даже украиноговорящие) граждане. Следовательно, доказать причастность России будет можно, но намного сложнее.

И, не исключено, желанный повод для захвата «матери городов русских».

Но интрига сохраняется. Ответы на некоторые вопросы даст новый председатель украинского представительства в ТКГ, назначить которого Петр Порошенко собирается как раз 16 октября.

Лилия Брудницкая, эксперт ЦСП «ВыбоР»

Фото РПЦ