Пт. Фев 22nd, 2019

Отчаянный праздник: что мы отмечаем в Дни свободы и достоинства

dcbf2508dcae760f1d693df803a93b54_1542784797

Каждый раз в третьей декаде ноября украинское руководство совершает ритуалы памяти и поклонения Майдану. Уникальность этих памятных дат в том, что, объединяя всю страну, они ее же и разъединяют. И если объединение – в душах, то разъединение – по имущественному признаку.

Не побоюсь этого слова, все, кроме младенцев, вспоминают в эти дни Майдан. Значит, за 28 лет независимости у нас появился символ, соединяющий прошлое с настоящим и дающий надежду на будущее: проявление прямой демократии, несколько раз увенчавшееся успехом. Вряд ли кто-то станет отрицать, что майданы не повлияли на Украину.

И совершенно другой вопрос, с каким чувством каждый из нас вспоминает Майданы, празднуя День свободы и достоинства.

Меня всегда беспокоило странное чувство во время чествований памяти майданов теми, кто, придя к власти благодаря им, впоследствии начинал сворачивать все достижения майданов.

А достижения немалые.

Во-первых, майданы – предохранитель от диктатуры и тоталитаризма. Если бы не вооруженная агрессия в Крыму и на востоке Украины, что как-то оправдывает «закручивание гаек» (в том числе, и в информационной сфере), в Украине через майдан давно бы пресекли и повышение тарифов безо всяких объяснений, и вопиющее казнокрадство, и частично противоречащие Конституции Украины реформы. Но даже в таких условиях сам призрак Майдана заставляет власти осторожничать и оглядываться не столько на ЕС, сколько на те же местные власти. События в Смиле и в Кривом Роге тому доказательство. Это и отличает нас от России, где есть традиция бунтов под общим кличем «долой! Бей», но нет традиции конструктивных протестов. Наши же майданы, по форме кое-где и деструктивные, а по сути конструктивные, ведь участники их высказывают требования не столько «долой!», сколько «надо, чтобы стало вот так».

Во-вторых, наши майданы всегда устремлены в будущее. Ни один наш майдан не собирался из-за прошлого. Все майданные вопросы и все лозунги имели целью изменить будущее в лучшую (как считали участники) сторону.

Тогда почему мне так не по себе?

Традиция майданов не может не тревожить любую власть. Если явление соединяет в себе прошлое и настоящее, оно сильно, но им можно и управлять и, на худой конец, манипулировать или сбежать от него. Если явление соединяет в себе не только прошлое и настоящее, но и будущее, оно способно управлять всем, и властям пришлось бы подчиниться негласным законам Майдана. Не красть, не врать, быть справедливыми, к примеру. Поэтому любая власть спешит задобрить майданы, сделать из живого явления культ и включить его в государственную идеологию.

И как-то в тишине поминаний героев Небесной Сотни забывается главное: Майдан — акт крайней степени отчаяния. Ежегодно воздавая почести уникальному социально-политическому явлению, мы формируем замкнутый круг: победа майдана – реванш – отчаяние – новый майдан.

Праздник отчаяния… Отчаяние может быть конструктивным. Собственно, на наших майданах оно таким и есть. Но отбирает колоссально много сил, чтобы защитить то, за что заплачено жизнями и кровью.

Если майданы уйдут в прошлое, отчаяние найдет другие формы выражения, но будет утерян предохранитель от тоталитаризма. Думаю, это не произойдет, как ни старается каждая постмайданная власть поставить майданы себе на службу, организовывая многолюдные акции. Самое главное завоевание всех наших майданов – как ни странно, сами эти майданы. Возможность таковых.

Но вот вопрос: почему мы как социум становимся конструктивными и продуктивными, только если нас довести до отчаяния?

ЗамПолит