Сб. Янв 25th, 2020

Весна в Париже: о чем действительно договорились Зеленский, Путин, Меркель и Макрон

photo_2019-12-10_02-04-40

Затянувшийся саммит в Париже завершился неоднозначно. С одной стороны, Украина получает твердое заверение в обмене пленными в режиме «всех на всех». С другой, напряженность в европейском регионе сохраняется.

Путин прибыл на встречу в раздражении, которое и не пытался скрыть. На брифинге он, до того спокойно комментировавший ситуацию в Украине и переговоры, показал эмоции по решению WADA, а также по газу. Это значит, президента РФ «накачали» так, чтобы он и имел повод быть менее склонным к достижению конкретного соглашения, и мог без имиджевых потерь для себя воспользоваться им.

На фоне озабоченных Ангелы Меркель и Эммануэля Макрона украинский президент Владимир Зеленский лучился счастьем, мало объяснимым, учитывая результаты сложных переговоров.

По сути, не достигнуто не то что прорыва, а хоть какого-то прогресса. Напротив, Украина политически отброшена назад.

Во-первых, как подчеркнул Путин, произошла реанимация Минских договоренностей, к которым крепко привязана формула Штайнмайера. Путин четко потребовал имплементации базовых политических элементов формулы. Главное требование – поправки в Конституцию и бессрочный срок действия закона об особом статусе Донбасса. То есть, ситуационно стороны переговоров вернулись к 2015 году, что, как ни странно, выгодно России.

Во-вторых, тот же Путин уточнил формулу обмена «всех на всех» на «всех установленных на всех установленных». Он же обозначил камнем преткновения механизм достижения мира: сначала выборы – потом контроль Украины над границей. И сослался на Минские соглашения, походя макнув Зеленского носом в матчасть.

Позиции Зеленского выглядели слабее. Порошенковскую логику он может озвучить, но не аргументировать.

Итого: стороны перезапустили переговорный процесс, и только. Конфликт переходит в латентную фазу. Сторонам важно имитировать процесс, но не прийти к его завершению, потому что, и на этом особо настаивает Путин, должен состояться прямой диалог.

Латентный конфликт опаснее для Украины (и только для нее), чем открытое противостояние, по нескольким причинам.

  1. Если удастся развести вооруженные силы с двух сторон и провозгласить мир, уйдут все контрольные миссии и мониторинговые группы. А вооруженные стычки будут продолжаться, не исключено, в режиме партизанской войны с риском терактов и расползания на остальную часть территории Украины.
  2. Сейчас выйдя на саммит, российская сторона сделает все, чтобы обвинить в срыве договоренностей украинскую сторону. Зеленский, вернувшись в Киев, будет зажат в тиски между активизировавшимися ультраправыми, новой трехголовой оппозицией, газом и Штатами. И, конечно, совершит одну-две ошибки.
  3. Париж показал, что ни эмоции, ни шутки не срабатывают. Серьезный тон Зеленский поддерживать пока не может, и это огромнейший минус. Вплетать эмоции в серьезные переговоры умеет Петр Порошенко. Наследуя его, Зеленский сам себе ставит подножку.

Зачем нужен был саммит? В таком виде версия одна – не пустить Штаты усилить свое влияние в регионе путем официального вступления в нормандский процесс. В Европе, как показал вопрос журналиста, все настроены на оттепель, на весну. Но, судя по ответам и итогам, стоит ожидать более уместных зимой заморозков.

Лилия Брудницкая, эксперт ЦСП «Выбор»