Трампец: Америка содрогнулась, мир осудил

136029373_3427425967356836_2159625757140392383_o

Накануне Дональд Трамп обещал совсем другое: митинг и оглашение какой-то скандальной информации. В ночь на 7 января 2021 года произошел штурм Капитолия, который не оставил Трампу ни единого шанса остаться в политике. Безусловно, он так просто с политарены не уйдет. Чем окончательно уничтожит себя как политика даже для своих самых рьяных сторонников. Рождественская ночь для христиан восточного обряда стала для действующего президента США кратким периодом политической смерти. События очень перекликаются с украинскими, но и имеют важные — для нас — отличия.

Берем здание — берем власть

Что является символом власти? Раньше — до коронавируса — корона. Сейчас это слово в первую очередь ассоциируется с убийственной заразой. У президентов, премьеров и канцлеров, впрочем, корон нет. Поэтому в демократических режимах символом власти является здание. Это очень важно, если речь идет о протестах. Чтобы мирный протест перешел в активную — радикальную — фазу, нужны символ власти и показательный пример попрания этого символа. Великая Французская революция — захват Бастилии, поход на Версаль и знаменитый эпизод, когда разъяренные протестующие заставили короля надеть красный колпак, ставший символом народного гнева. Начиная с «арабской весны», все цветные революции ознаменовывались захватом зданий, ассоциировавшихся с властью. В Украине, хотя сейчас протестовавшие тогда это отрицают, были попытки захвата здания Верховной Рады, а исторические кадры, как Арсений Яценюк пробивает окно в киевскую мэрию, навсегда вписаны в историю революций. Поэтому захват Капитолия в Вашингтоне — не внезапность, не неожиданность, алогическая закономерность, которая дает основания утверждать, что у цветных революций и у американского 7 января, как минимум, сходные вдохновители.

На первый взгляд, штурм админздания выглядит нелогично. Захватишь его — и что? На самом деле, успешная атака на такое здание лишает власть сакральности, ореола силы и непобедимости. То есть, в тот момент, когда возмущенные граждане овладевают сооружением, которое ассоциируется с властью, она перестает таковой быть, поскольку теряет монополию на силу. Поэтому для участников митинга за Дональда Трампа было важно показать свою силу и на старте размыть силу власти Джо Байдена, еще не вступившего в должность.

Сплошное разочарование

 Массовый митинг был в стиле Трампа. Сам он накануне обещал нечто шокирующее. Майк Пенс проанонсировал оглашение некоей информации. Можно было ожидать, что так и случится: на компромат против него Трамп ответит куда более мощным сливом. Вместо этого почему-то сторонники действующего президента пошли на штурм.

Спустя несколько часов Трамп, так ничего сенсационного не сказавший, растерянно призывает своих сторонников разойтись. У многих это вызвало разочарование: держал-держал интригу — и пшик. Точное слово для Трампа теперь — «сдулся».

Буквально за несколько часов верный соратник Дональда Трампа Майк Пенс испускает позитивные знаки Джо Байдену (обложка в соцсети) и проводит заседание Конгресса, где оглашена победа Байдена на выборах.

После странно-безвольного обращения Трампа к своим сторонникам «разойдитесь!», после отхода Пенса, действующий президент превратился в чучело. Его фееричные анонсы перекроются не менее фееричным импичментом или разговорами о нем.

Кому выгодно

Очевидная глупость штурма, при его символичности, удивляет, если не сопоставить его с происходящим внутри здания. Итак, Трамп митингует под Капитолием, внутри заседает Конгресс. Там немало колеблющихся, да и сторонники Трампа могут поддержать митинг и сделать громкие заявления в пользу действующего президента. Для Джо Байдена это небезопасно. Призрак третьего тура, как в Украине в 2004 году, витает в Конгрессе. Хотя в США третьего тура, по законодательству, быть не может, до момента оглашения Майком Пенсом результатов голосования выборщиков все может случиться. Минимальная, а все же вероятность. Расклад сил примерно 50 на 50. Нужен импульс, безоговорочно перетянувший бы чашу весов в ту или иную сторону. Понятно, что на логические доводы сторонники Трампа найдут массу контрдоводов. Остается импульс эмоциональный. Штурм не просто внес сумятицу в заседание Конгресса, штурм показал «истинное лицо» Трампа. То лицо, о котором явно или обиняками демократы твердили все эти непростые для них 4 года. Однозначная, на первый взгляд, картинка стала настолько мощным аргументом, что демократы заполучили лояльность Пенса, а, значит, и внушительной части республиканцев. Так что, демократы получили максимум выгод в ночь на 7 января.

Выгоден ли был штурм Трампу? Безусловно, да. Не исключено, штурм был частью программы, но только до ворот, без стычек и перестрелок с полицией. Веский аргумент в руках Трампа и символ мнения улицы (у нас — Майдана), с которым Капитолию надо считаться. С первого столкновения с полицией штурм, вместо начального аккорда перехода Трампа из официальных президентов в неофициальные (американский Дантон), стал для него погребальным маршем. С какого-то момента люди Трампа перестали контролировать происходящее вокруг Капитолия и внутри него. Демократы умно использовали все внезапно открывшиеся возможности: тут и погибшая полицейская-сторонница Трампа, и раскол-разочарование среди его симпатиков (люди не любят проигравших, тем более, так глупо).

Акела промахнулся

Пока в США рассуждают о шкеспировском трагизме фигуры Пенса в судьбоносную ночь, вернемся к Байдену и Трампу. После финала голосования выборщиков в США команда Байдена, да и он сам, понимали: за конкурента проголосовало слишком много народу, разрыв невелик и Трамп остается мощной политической силой. По региональной раскладке, центр Штатов — за Трампа, за Байдена отдали свои голоса штаты на пограничье, по аналогии с голосованием в Украине на президентских выборах-2019 за Юрия Бойко (1 тур) и Петра Порошенко (2 тур). Регионализация тревожила демократов: можно сколько угодно сопоставлять голоса выборщиков, но США — федерация, важны расстановки сил на местах. А они не везде в пользу демократов, как сейчас у «Слуги народа» в Украине. Байден рисковал стать картонным президентом, а демократы — получить прессинг со стороны республиканцев. Тем более, Байдену придется девальвировать доллар и выполнять растущие социальные обязательства, что вряд ли пойдет на пользу экономике Штатов (среднему классу не поздоровится — налоги вырастут). А, значит, недовольство на местах, возможно, подогреваемое республиканцами, могло нарастать.

Чтобы нейтрализовать эту угрозу, необходимо дискредитировать Трампа, который умудрился удержать основные позиции в партии, вопреки пандемии коронавируса. Также требовалось раз и навсегда дискредитировать его и как источник вероятного компромата. Времени оставалось мало. Идея штурма и то, как его использовали демократы, оказалась спасительной.

Отныне Трамп — изгой. На нем клеймо террориста. Он нерукопожатный. Хор европейских лидеров дополнил праведное возмущение Джо Байдена, назвавшего протестантов террористами. Трампа лишили доступа в соцсети и могут досрочно с позором отстранить от должности, после чего последуют обвинения, суд и тюремный срок. Если Трамп выпьет яду или застрелится, многие решат, что это единственный достойный выход.

Но Трамп не застрелится.  Почему? Ответ —  в Украине.

Дональд Порошенкович

США не Украина. но многое американские политики поняли на нашем примере. Скажем, может ли запятнанный с головы до ног президент остаться в активной политике? Оказалось- да. Петр Порошенко, проигравший выборы президента в 2019 году, обвиненный в коррупции не только с трибун, но и со стадиона, нарастил свой электорат и взял неплохой процент на местных выборах-2020, потеснив «Слугу народа». Можно сделать вывод, для того, чтобы остаться в активной политике, требуется активное ядро сторонников -щедрость с внешними партнерами -грамотное поведение. Последний момент важен не менее первых двух: половину 2019 и весь 2020 год Порошенко вел себя как  действующий президент. Поэтому его новогоднее обращение к народу никого не возмутило и не удивило.  Так, как  Трамп, Порошенко затягивал передачу власти и до последнего сопротивлялся признанию результатов голосования.

Поэтому у Трампа шансы остаться в активной политике были бы, сбавь он обороты. Если бы Трамп признал победу Байдена с оговоркой, что не считает ее  таковой, но, если уж все признали, то вынужден, — он консолидировал бы вокруг себя недовольных и возглавил мощную оппозицию. Единственный ответ, почему он так глупо сопротивлялся (Порошенко все же вовремя смирился), — загадка. Возможно, его подставил кто-то из своих, сыграв на запальчивости президента США. Не исключено, до штурма Капитолия шансы у Трампа доказать свою победу или хотя бы основания повозмущаться были.

Сейчас Трамп лишен инициативы и, повторюсь, уничтожен как политик. В отличие от Украины с ее лояльностью к коррупции, в США у президента, основательно заподозренного в тяжком преступлении, нет шансов. Демократы расстараются на славу.

Но — опять же, пример Порошенко — ретивость демократов по растаптыванию Трампа может иметь обратный эффект. Да, они постарались отвести от него симпатии силовиков (погибшая полицейская), да, для пущей наглядности, раскручивается тема с «рогатым» парнем и рассказами о рептилоидах и масонском заговоре. Для полного уничтожения Трампа требуется судебный процесс. Суды со сторонниками Трампа, обвиненными в сотрудничестве с РФ, показали — процесса можно не бояться. Однако если демократы запустят судебную машину, Трамп может использовать суд как площадку для реанимации себя в политике. Он умело владеет словом и может попытаться вернуть своих разочарованных сторонников, и даже привлечь новых. (Возможно, по этой причине Зеленский не предпринимает ничего против Порошенко). Если же демократы не запустят суды против Трампа, возникнут сомнения в основательности их обвинений. Судя по призывам к импичменту, Байдену достаточно было бы и этого, чтобы обеспечить себе спокойные 2 недели до инаугурации.

Остаются без ответа два вопроса.

  1. Почему Трамп, даже в ответ на компромат против него, не озвучил компромат против Байдена? Был деморализован предательством своих, не имел на руках доказательств?
  2. Почему так легко от него отошел Пенс?

Лилия Брудницкая, эксперт ЦСП «Выбор»